Авторизация

Войти
Забыли пароль?

Если у вас нет аккаунта, то, пожалуйста, зарегистрируйтeсь

Регистрация

Поля, отмеченные *, обязательны для заполнения

Максимальный размер файла: 2048 Kbytes
Допустимые форматы изображений: png, jpeg, jpg, gif
может использоваться как логин при входе на сайт
Допустимые символы пароля: . _ a-z A-Z 0-9 , не меньше 5 символов
капча
Зарегистрироваться
01:54
22 Ноября, четверг
Найти
16 Февраля 2018 Количество просмотров новости: 461

«Мы не художники-профессионалы, мы их делаем»

Продолжается серия публикаций к юбилею Детской художественной школы, где мы рассказываем о людях и жизни этого учреждения. На этот раз мы пришли в гости к двум преподавателям — Александру Пикулеву и Льву Гущину. Александр Федорович работает в школе 39 лет. Его ученик в прошлом, а теперь и сам учитель, Лев Вячеславович преподает с 2013 года. Мужская часть преподавательского состава ДХШ рассказала, чему они учат своих воспитанников, чему учатся у них, рассуждали о фильмах, современной жизни и многом другом.

Александр Пикулев: «Мы учим детей, но и сами постоянно учимся у них».

Все дети уникальны

— Одаренных детей видно сразу?

Александр Федорович:

— Сначала проходят экзамены, на них мы видим — человек вроде бы справляется, мыслит, но ведь сам экзамен не показатель, не всегда на них дети раскрываются, тем более это для них экстремальная ситуация. Да, безусловно, есть дети, по которым сразу видно — способные. Самое главное в успехе — 95% труда. Как у хорошего гончара: 95 процентов его работы — он месит глину, находит с ней контакт. А остальное — создает из нее все, что хочет. Это закон гончара.

— Не все дети «горят» желанием заниматься именно этим творчеством, их просто привели родители.

Александр Федорович:

— Мы работаем по наитию, по интуиции — опять-таки закон гончара. Бывает, ребята случайно попали к нам, но у них такая моторика, они потом такие результаты дают, и у них просыпается интерес. Есть, наоборот, таланты, — им все легко дается, но они почему-то гаснут, им становится неинтересно.

— Как вы увлекаете детей, чтобы они не погасли?

Лев Вячеславович:

Лев Гущин: «Мы черпаем свежесть восприятия от детей, с возрастом это утрачивается, а дети в нас вдыхают эту способность по-новому».

— Я давно отказался от фронтального метода. Это когда группе дается одно задание, как в общеобразовательных учреждениях. У нас тоже такое есть, но я стараюсь уходить от таких методик. Есть у меня в группе 10-12 человек, практически каждый делает свое задание, и с каждым я занимаюсь индивидуально.

Александр Федорович:

— Я всегда говорю детям, что они все уникальные и не должны повторяться. Но есть, конечно, правила. Например, когда обучающиеся по программе должны пройти определенный курс. Мы его преподаем, и если они знают все эти базовые правила, то по своему видению могут отходить от существующих концепций.

— Бывает такое, что приходится спорить с учениками по поводу их виденья?

Александр Федорович:

— Конечно, и это абсолютно нормально. Я часто сам провоцирую их на это. К примеру, говорю им какие-то очевидные вещи, они мне верят, а потом сообщаю: «Вы должны сделать по-своему». А вообще, любой преподаватель тоже совершает ошибки, ведь он же человек. Когда приходят дети, я им говорю, что они пришли сюда делать ошибки, ведь из этих ошибок может получиться нечто совершенное.

 

Мы готовим детей к жизни

— С какими проблемами можно столкнуться, обучая детей искусству?

Александр Федорович:

— Есть проблема в нынешнее время — большое информационное поле. Если раньше у нас не хватало информации, художественная школа пыталась ее восполнить. А сейчас информации, наоборот, переизбыток, и мы помогаем детям с ней работать. Ведь все эти комиксы, мультяшки, рекламы — зомбирует наши головы. Мы «встряхиваем» детей и помогаем им наполнить себя нужной, правильной информацией.

— К чему приходится еще готовить детей?

Александр Федорович:

— Наш город маленький, и если наши ученики выбирают профессию, например, дизайнера — они поедут учиться в мегаполисы. А там все по-другому! Я готовлю их к конкуренции.

Лев Вячеславович:

— В первую очередь стараюсь их подготовить к жизни. Не все ученики выбирают профессию художника, но какой-то процент есть. У школы есть задача — участвовать в схеме непрерывного образования, которая сейчас выстраивается — художественная школа, потом художественные колледжи и художественный ВУЗ. Наша школа как раз первая ступень, где «закладывается фундамент». Вот и радует, что пусть не все, но маленький процент учеников проходят все эти ступени и неплохо себя реализуют.

Если посмотреть рейтинг творческих профессий, на сегодняшний день, самые востребованные — художники. Рынок открыт.

Мы — навигаторы

— Представим себе — уроки закончились, вышли за порог школы, приходите домой. Там вы часто вспоминаете о работе?

Александр Федорович:

— Наша профессия не конвейер, она исключает понятие «пришел домой и забыл». Мы все время думаем о работе — что, как лучше дать детям. Как раз дома мы корректируем мысли — что будет завтра, какую лучше постановку сделать и так далее. Самое главное, найти кнопочку и не давить на нее сразу с силой, а плавно нажимать.

— Вы им помогаете определиться с дальнейшей профессией?

Александр Федорович:

— Мы как навигаторы. Но не те, что указывают путь. Мы расставляем им флажки, они уже учатся выбирать направление сами. У меня есть хороший пример. Катя Трусова, которая поступила сразу на три факультета в архитектурный. То есть, она сдала вступительные экзамены, а ей предложили сразу три направления — градостроительство, архитектура и дизайн. Приятно было, что она мне написала и спросила совета у меня. А есть девушка, которая поступила в высшее художественное заведение, а потом я вижу ее по телевизору. Она из одного вуза перешла в театральный институт на актерское. И это неплохо, это ее выбор.

 

Компьютер может стать хорошим помощником

— Вам дарят свои работы?

Александр Федорович:

— Только для учебных материалов мы в школе оставляем лучшие, для следующих поколений. У нас уже богатейшая методика собранна. Правда, начиная с 1979-го, что-то уже утрачено. И нынешние дети уже обучаются на базе работ 80-90-ых годов.

— Интересно, а насколько поменялся уровень этих работ?

Александр Федорович:

— Уровень становится другим по качеству. Нет, даже скорее по смыслу. Если вспомнить советское время, слово «дизайнер» было не принято обществом, а сейчас «дизайнер» везде, даже у бабушек. То есть я к тому, что мы сейчас структурируем понятия, к этому нас принуждает время. Раньше структуры в этом плане не было, мы занимались искусством. Да и если раньше мы учили детей по картинкам, по иллюстрациям из «Огонька» и так далее, то сейчас огромное количество информации. Также нам сейчас помогают эксперименты с компьютером. Это хороший инструмент для художника.

— Как компьютер помогает художнику?

Лев Вячеславович:

— Компьютер — это палка от двух концах. Он может навредить, а может быть на службе, как хорошая, преданная кавказская овчарка. Должно быть так — не компьютер над вами, а вы над компьютером, тогда он послужит. Он должен использоваться настолько, насколько этого требует задача. Не больше.

Александр Федорович:

— Посредством компьютера я им показываю какие-то детали, как раньше на мольберте, рисую то, что им нужно передать. Это эффективнее и быстрей.

— Как вы думаете, через 50 лет компьютеры заменят мольберты?

Лев Вячеславович:

— Вряд ли. Так же, как и бумажный носитель. Об этом давно говорили, что бумага уйдет, но нет, и мольберты никуда не денутся, живое искусство не уйдет. Наоборот, мода на него возвращается. Была такая опасность, что компьютеры заменят все — печать, рисунок, начали создавать объемные фигуры. Но люди наигрались и всё. А спрос на искусство остается, и живые художники востребованы.

Александр Федорович:

— Один философ сказал: «Государство, в котором преподают черчение и рисунок — непобедимо».

Нужно показывать детям советское кино

— Чему бы вы никогда не учили детей?

Лев Вячеславович:

—Я бы никогда не стал учить китчу своих детей. Китч —безвкусица. И это напрямую связано с массой ненужной информации. Те, кто создает китч, они паразитируют на сознании. Это инструмент для оглупления и воздействие на людей. Мы пытаемся уберечь детей от дурновкусия и научить распознавать китч.

Александр Федорович:

— Создавать комиксы, «железячные» сюжеты, стрелялки. Глядя на наши телепрограммы, невольно думаешь: «А за что мы боремся?» Ночью показывают замечательные мультфильмы и наше советское кино, а почему не днем? Вот если бы они шли днем — другое дело. Мы стараемся их привлечь к настоящему.

Лев Вячеславович:

— Да, я своим ученикам даю список советских детских фильмов, которые они должны посмотреть. Некоторые говорят, мол, зачем, не хочется, они черно-белые. А потом смотрят и благодарят. Я с удовольствием с ними их обсуждаю.

— Как вы относитесь к «разукрашиванию» черно-белых фильмов?

Александр Федорович:

— Было черно-белое кино, пусть оно им и останется. В этом кино есть тайна. В каждой художественной вещи есть интрига. Глядя на черно-белое кино, зритель домысливает. Когда это кино раскрасили, образное мышление снимается.

 

Преподаватель должен зажечь

— Что вам больше нравится — кисть или карандаш?

Лев Вячеславович:

— Это дилетант или любитель может работать только в одном жанре — живопись или графика. А у нас совсем другая ситуация. Мы должны любить и уметь все. Вообще, художник должен быть политехничен, владеть на каком-то хорошем уровне разными профессиями — штукатур плотник, каменщик, слесарь, сварщик и электрик. Все это должно быть в комплексе. Художник — такая многоплановая профессия, многопрофильная и многоликая.

— Каким должен быть преподаватель?

Александр Федорович:

— Мы должны быть интересны. Если у детей на уроке горят глаза — контакт есть. Если хотя бы у одного ученика зажглись, значит, урок состоялся.

Екатерина ГОРОДКО. Фото из архивов героев публикации









новый год









Веб-камеры Ревды

Опрос

все опросы

Что делать с памятником Ленину в Ревде?

Ответить